КУПИТЬ БИЛЕТЫ
RUS
/ "Паяцы" под небом голубым. Премьерой оперы Руджеро Леонкавалло Казанский оперный театр открыл сезон

"Паяцы" под небом голубым. Премьерой оперы Руджеро Леонкавалло Казанский оперный театр открыл сезон

14 октября 2021

Татарский академический государственный театр оперы и балета им. Мусы Джалиля открыл новый сезон премьерой оперы «Паяцы» Руджеро Леонкавалло в постановке народного артиста России Юрия Александрова.

Последнее время происходящее на сценах оперных театров часто расслаивается – пьеса, поставленная режиссером, претендует быть самостоятельной и оригинальной, музыка и музыканты существует сами по себе, иногда вопреки режиссерскому решению.

То, что я увидела и услышала в Казани, казалось, уже утеряно, это – живой театр. Единый спектакль, где все слагаемые сплавлены. Если оценивать их по отдельности – они не безупречны, но именно таким и должен быть театр: органичным в ансамбле своих составляющих, заставляющий сопереживать, следить за действием, не оценивая и не вынуждая решать головоломки.

Несколько неожиданно видеть исторические костюмы и классическую постановку от Юрия Александрова, который часто осовременивает, переосмысливает, ставит острые социальные акценты, хотя, к его чести, всегда уважительно относится к партитуре, что сегодня тоже большая редкость. Юрий Александров ставит уже шестой спектакль в оперном театре Казани и убежден, что режиссер при любом прочтении обязан делать умный спектакль, учитывая особенности и места, и культурного контекста, и традиций. В Казани оперная публика ждет праздника, переживания настоящего театра, отличного от того мира, который нас окружает и в избытке изливается с голубых экранов, и ожидания ее обмануть нельзя .

Музыкальный руководитель постановки «Паяцев» дирижер Марко Боэми (Италия), сотрудничает с Татарским оперным уже 20 лет – оркестр под его управлением звучал по-итальянски свободно и эмоционально. А перед премьерой в Казани он дирижировал юбилейным концертом Анны Нетребко в Москве…

Аутентичную итальянскую атмосферу привнес в спектакль художник-постановщик Вячеслав Окунев, решив сцену как фрагмент городской площади небольшого итальянского городка, причем конкретного – Монтальто, где по сюжету происходит действие: на заднике – традиционный собор на фоне насыщенной синевы итальянского неба. Пьеса, разыгрываемая актерами передвижной труппы, разворачивается на подмостках воздвигнутого на площади роскошного театрального портала – яркая комедия, богатые костюмы, отсылающие к картинам Сомова, венецианские маски, и только Пьеро не в традиционном черно-белом, а в черно-красном, и этот Пьеро плачет кровавыми слезами.

Татарский оперный работает как все мировые театры, ставя спектакль на приглашенных артистов, тем не менее в труппе есть и свои голоса: очень выразительная Недда – Гульнора Гатина, певица лирического дарования с тембрально окрашенным голосом с ясными наполненными верхами. Может быть, ее Недде несколько не хватает свободы и темперамента, необходимых актрисе уличного театра, решающей порвать с опостылевшим мужем и вырваться на свободу. Песня о птичке, которую поет Недда, оставшись одна, – кредо героини, которая в этот момент свободна и окрылена, и именно в этой песне проявляется во всей красе голос, лирическая легкость и актерская индивидуальность исполнительницы.

Образ Канио решен режиссером не совсем привычно. Он изначально суров, одержим ревностью, жесток по отношению к актерам своего театра. Ахмеда Агади, солиста Мариинского театра, приглашают на все премьеры в Казанский оперный, где нужен крепкий драматический голос. Он – обладатель настоящего героического тенора, пуччиниевского, с наполненными яркими верхними нотами и металлом в звуке. Веристская опера с гипертрофированными страстями – можно сказать, фирменный стиль певца. Темперамент его Канио зашкаливал, герой казался прямым родственником Отелло: их взаимоотношения с Неддой с самого начала напряженны и драматичны, любовь – в прошлом, но ее пламя не потухло и только разжигает боль. Этого Канио, жесткого и властного, плачущего в финале – жалко, чего не испытываешь по отношению ко второму Канио Николаю Ерохину (солисту Московского музыкального театра им. Станиславского). Герой Ерохина более высокомерен и самовлюблен, за его жестокостью не чувствуется ни любви, ни боли. И сильный драматический голос певца ко второму действию устал.

Сильвио, возлюбленного Недды, постановщик сделал не деревенским парнем, а приглашенным актером труппы, поскольку композитор наделил этого персонажа изысканной, совсем не деревенской музыкой. Ему же досталась роль Петуха в пьесе, которую разыгрывают актеры на подмостках театра во втором действии: тем самым роль Сильвио дала возможность исполнителю раскрыться и в лирическом плане, и в комическом. Правда, исполнивший эту роль в первый вечер Владимир Целебровский оказался не совсем убедительным; его не слишком яркий голос мог быть компенсирован актерской игрой, чего не случилось. Сильвио второго состава – Артур Исламов (еще один певец труппы Казанского театра) оказался более лиричен и органичен в этой роли.

Фантастического Тонио сделал Лестер Линч, афроамериканский баритон из США, уже не раз выступавший в Казани и оставивший яркие воспоминания своим Порги в опере Гершвина. Огромный голос певца с выразительным верхом и, к сожалению, стертым нижним регистром, но богатой интонационно речью дополнялся яркой драматической актерской игрой. Злоба, сарказм, ирония, хитрость, притворство, мощная энергетика были в этом родственнике Яго. После такого ярко выписанного злодея Тонио в исполнении Станислава Трофимова (солиста Национального Большого театра Белоруссии), к сожалению, не мог избегнуть сравнения и несколько померк.

Оба Арлекина (Беппо), Дамир Закиров (из Михайловского театра Санкт-Петербурга) и Денис Хан-баба (Татарский театр), достойно исполнили свой коронный выходной концертный номер – серенаду Арлекина.

Второй спектакль получился совсем иным благодаря главным героям – Канио и Недде. Недда Валентины Феденёвой, солистки «Санктъ-Петербургъ Оперы», обладательницы мощного и красивого драматического сопрано, – женщина искушенная, с сильным характером, темпераментная, способная противостоять. Более откровенной получилась любовная сцена с Сильвио, скорее похожей на сцену обольщения.

Нерв есть во всех актерских работах и в действии, нет провалов или ослабления напряжения, поэтому спектакль проходит на одном дыхании и задает высоковольтный тон новому театральному сезону, в котором главным событием станет 40-й международный оперный фестиваль им. Ф.И. Шаляпина.